Освобожденная музыка, которая больше, чем её изначальное предназначение, свободная музыка, которая не шокирует ум, но мягко и настойчиво уводит его нехожеными тропами.
В некотором смысле «Пять тысяч глаз» – это обретшее музыкальную плоть поэтическое высказывание, столь же неопределенное и поддающееся вольным трактовкам, как и слова поэта, который освобождает текст от бремени монолитных интерпретаций. Полагаю, это неслучайно, так как все участники трио так или иначе работают с текстом: гитарист Олег Даутов как поэт, пианист Ярослав Борисов как автор песен, саксофонист Аркадий Пикунов как автор текстов к перфомансам и музыкальный журналист, создатель проекта «нА ПИКе», серии неформальных интервью с музыкантами.
Связи музыки и текста имеют давнюю историю, от античной трагедии до современной песни. Это история отношений двух различных стихий, музыкальной детализированной поверхности и смысловой глубины. Музыка сталкивается с другими медиумом, который в некотором смысле для самой музыки непроницаем, она может обволакивать его, но не в состоянии поглотить его и переварить. Аналогичное происходит и с музыкой «Пяти тысяч глаз» – в качестве текста тут выступает другой, еще более упорный и физически воплощенный медиум: выставка. Пьесы альбома были записаны в качестве сопровождения к выставке воронежского художника Николая Алексеева «Рой».
«Пять тысяч глаз» по своей атмосферности и тягучести, округлости звучания кажется изобретательным эмбиентом, сыгранным акустическими средствами. Различные типы фактуры и звуковые россыпи сменяют друг друга. Несмотря на импровизационный характер записи, она очень структурна и звучит как результат композиции.
В отличие от выставки, где отрывки импровизаций можно было послушать, прислонив стетоскоп к объектам, теперь музыка звучит целиком в её неторопливом, но изобретательном развитии.